События

Коронавирус - бледный конь Апокалипсиса, который возьмёт свою жатву

22 September
33344
64

Любая болезнь — это развилка, это экзистенциальный вызов. Ты, под воздействием этого вызова, либо меняешься, либо покидаешь план. Старые люди уязвимее, потому что они исчерпали потенциал собственных изменений, остановили эволюцию в себе. Остановка развития — это смерть Вселенной в одной точке. Чтобы перезапустить развитие в этой точке, нужно отпилить высохшую ветку, которая досаждает всему остальному организму (упразднить тело). В западной культуре смерть — это фатум. В восточной культуре смерть — это рестарт. Правда, не всегда такой рестарт — благо (см. Колесо Сансары). «Не умрём, но изменимся», как говорит один странный персонаж в одной странной книге. «Странная» — это не синоним «плохая», это указание на то, что у неё смещён центр тяжести.

Физический вирус атакует грубые телесные планы, информационный вирус поражает умственную деятельность, эмоциональный вирус погружает нас в истерику. И всё это об одном: рассинхронизировать наши тела, разорвать связь между ними, сместить наши тела относительно Оси, нарушить энергоинформационные обмены между оболочками. Вирус — это вызов, это встряска, это тест. И это — бледный конь Апокалипсиса, который возьмёт свою жатву, и под влиянием которого обновлённое человечество перейдёт в новый эон. «Итак, хвала тебе, чума!», как сказал народный поэт.

Вселенная видимо умирает в каждой точке и невидимо воскресает в каждой точке. Она сама себе задаёт вопросы и сама на них отвечает. Потому что Вселенная — это Проявленный Бог, Играющий Сам с Собой (Махалила), при этом Игра идёт с завязанными глазами, потому что иначе играть в неё неинтересно.

Бог, убивающий Сам Себя, разлагающий Сам Себя на подмножества полубогов, демиургов, аватаров, властителей, субстанциональных деятелей, вплоть до мельчайшей Собственной частицы — в какой-то момент обнаруживает Свою собственную беспомощность и неполноту, Свою ущербность и ничтожность. Статический Бог, висящий на несуществующем небе, как прибитая к вешалке сова — это не более чем химера ума. Когда Бог перестаёт двигаться, Он перестаёт быть Богом, останавливается, становится никем и ничем. В известном смысле, Бог дан нам только в движении. И когда Бог внутри нас перестаёт расти над Собой, это и есть верный признак того, что нас больше нет, мы сделались иллюзией, превратились в небытие. Мы можем чистить зубы, ходить на работу, голосовать за изменения в основном законе — но это всё не более чем посмертные судроги Бога внутри нас.

Сталбыть, запрос Бога к Самому Себе внутри нас — это запрос на воскрешение, на припоминание собственной Божественности, на припоминание Себя сложносоставным энергоинформационным существом в холархии существ той же природы. Это запрос на переживание единства, на автофрактальность, где частное подобно Общему, тождественно Ему. Поэтому самая лучшая антивирусная терапия — это активизация поисков связности, излечивание разрывов в трёх базовых триадах: Отец — Мать — Дитя, Тело — Душа — Дух, Материальное — Всечеловеческое — Божественное. Мы рассыпались и атомизировались, и идёт запрос на интеграцию, на единение Всего во Всём, ибо это и есть Любовь.

Начать надо с чего-то простенького. Например, разобраться, где спазмы в теле, куда перестают заходить Потоки. Уходят спазмы, налаживается кровообращение, вместе с кровью приходят Потоки, организм начинает дышать, начинает сам себя исцелять, с Божьей помощью. И вот мы снова в Оси, ортогонализировались, пропускаем Потоки в обе стороны, становимся призмами для Огня и Света. И теперь это вертикальное надо преобразить в горизонтальное, включить механизмы омывания Вселенной. С Папой и Мамой мы уже договорились, взяли друг друга за руки. Но это только первый шаг.

Второе, что следует — это представить концепт своего собственного мировидения как некий шарик, лежащий в стакане из таких же точно шариков. Причём каждый шарик думает, что он здесь самый главный. Эго диктует монаде потребность в доминировании, в установлении власти и контроля собственного мировоззрения над всеми остальными аналогичными монадными дискурсами. «Уж я-то знаю, как здесь всё устроено; а вы ни хера не знаете, поэтому заткнитесь». Отсюда потребность навялить остальному миру свою куцую убогую правду, в том числе силовыми методами. И здесь излечение в том, чтобы развить средства диалога с носителями альтернативных воззрений. Делается это через поиск инвариантных архитектур, которые одновременно и непротиворечиво включают в себя систему твоих собственных воззрений — и воззрений твоего собеседника. Даже если логическая система обнаруживает свою противоречивость, антиномичность, то эта умственная антиномия всегда находит разрешение в Духе, Павел Флоренский это выпукло продемонстрировал в книге «Столп и утверждение истины». Противоречивость, диадность — всегда находит разрешение в третьем; отсюда адвайта, сиречь недвойственность. Двоичность — это всегда элемент иллюзии, равно как и единичность, монадность. Нет монад, нет диад, но всё и во всём — Триада (не путать с троицей никейского разлива).

Читайте также
Рекомендуем
Рекомендуем
События

Коронавирус - бледный конь Апокалипсиса, который возьмёт свою жатву

22 September 
40373
98

Любая болезнь — это развилка, это экзистенциальный вызов. Ты, под воздействием этого вызова, либо меняешься, либо покидаешь план. Старые люди уязвимее, потому что они исчерпали потенциал собственных изменений, остановили эволюцию в себе. Остановка развития — это смерть Вселенной в одной точке. Чтобы перезапустить развитие в этой точке, нужно отпилить высохшую ветку, которая досаждает всему остальному организму (упразднить тело). В западной культуре смерть — это фатум. В восточной культуре смерть — это рестарт. Правда, не всегда такой рестарт — благо (см. Колесо Сансары). «Не умрём, но изменимся», как говорит один странный персонаж в одной странной книге. «Странная» — это не синоним «плохая», это указание на то, что у неё смещён центр тяжести.

Физический вирус атакует грубые телесные планы, информационный вирус поражает умственную деятельность, эмоциональный вирус погружает нас в истерику. И всё это об одном: рассинхронизировать наши тела, разорвать связь между ними, сместить наши тела относительно Оси, нарушить энергоинформационные обмены между оболочками. Вирус — это вызов, это встряска, это тест. И это — бледный конь Апокалипсиса, который возьмёт свою жатву, и под влиянием которого обновлённое человечество перейдёт в новый эон. «Итак, хвала тебе, чума!», как сказал народный поэт.

Вселенная видимо умирает в каждой точке и невидимо воскресает в каждой точке. Она сама себе задаёт вопросы и сама на них отвечает. Потому что Вселенная — это Проявленный Бог, Играющий Сам с Собой (Махалила), при этом Игра идёт с завязанными глазами, потому что иначе играть в неё неинтересно.

Бог, убивающий Сам Себя, разлагающий Сам Себя на подмножества полубогов, демиургов, аватаров, властителей, субстанциональных деятелей, вплоть до мельчайшей Собственной частицы — в какой-то момент обнаруживает Свою собственную беспомощность и неполноту, Свою ущербность и ничтожность. Статический Бог, висящий на несуществующем небе, как прибитая к вешалке сова — это не более чем химера ума. Когда Бог перестаёт двигаться, Он перестаёт быть Богом, останавливается, становится никем и ничем. В известном смысле, Бог дан нам только в движении. И когда Бог внутри нас перестаёт расти над Собой, это и есть верный признак того, что нас больше нет, мы сделались иллюзией, превратились в небытие. Мы можем чистить зубы, ходить на работу, голосовать за изменения в основном законе — но это всё не более чем посмертные судроги Бога внутри нас.

Сталбыть, запрос Бога к Самому Себе внутри нас — это запрос на воскрешение, на припоминание собственной Божественности, на припоминание Себя сложносоставным энергоинформационным существом в холархии существ той же природы. Это запрос на переживание единства, на автофрактальность, где частное подобно Общему, тождественно Ему. Поэтому самая лучшая антивирусная терапия — это активизация поисков связности, излечивание разрывов в трёх базовых триадах: Отец — Мать — Дитя, Тело — Душа — Дух, Материальное — Всечеловеческое — Божественное. Мы рассыпались и атомизировались, и идёт запрос на интеграцию, на единение Всего во Всём, ибо это и есть Любовь.

Начать надо с чего-то простенького. Например, разобраться, где спазмы в теле, куда перестают заходить Потоки. Уходят спазмы, налаживается кровообращение, вместе с кровью приходят Потоки, организм начинает дышать, начинает сам себя исцелять, с Божьей помощью. И вот мы снова в Оси, ортогонализировались, пропускаем Потоки в обе стороны, становимся призмами для Огня и Света. И теперь это вертикальное надо преобразить в горизонтальное, включить механизмы омывания Вселенной. С Папой и Мамой мы уже договорились, взяли друг друга за руки. Но это только первый шаг.

Второе, что следует — это представить концепт своего собственного мировидения как некий шарик, лежащий в стакане из таких же точно шариков. Причём каждый шарик думает, что он здесь самый главный. Эго диктует монаде потребность в доминировании, в установлении власти и контроля собственного мировоззрения над всеми остальными аналогичными монадными дискурсами. «Уж я-то знаю, как здесь всё устроено; а вы ни хера не знаете, поэтому заткнитесь». Отсюда потребность навялить остальному миру свою куцую убогую правду, в том числе силовыми методами. И здесь излечение в том, чтобы развить средства диалога с носителями альтернативных воззрений. Делается это через поиск инвариантных архитектур, которые одновременно и непротиворечиво включают в себя систему твоих собственных воззрений — и воззрений твоего собеседника. Даже если логическая система обнаруживает свою противоречивость, антиномичность, то эта умственная антиномия всегда находит разрешение в Духе, Павел Флоренский это выпукло продемонстрировал в книге «Столп и утверждение истины». Противоречивость, диадность — всегда находит разрешение в третьем; отсюда адвайта, сиречь недвойственность. Двоичность — это всегда элемент иллюзии, равно как и единичность, монадность. Нет монад, нет диад, но всё и во всём — Триада (не путать с троицей никейского разлива).

Читайте также
Рекомендуем